Первой в России секции дзюдо, основанной сахалинцем, исполнилось 100 лет

Исполнилось 100 лет с открытия во Владивостоке первой в стране секции японской борьбы дзюдо.

Ровно 100 лет назад, осенью тревожного 1914 года, во Владивостоке открылась первая в стране секция японской борьбы дзюдо. Основал ее Василий Сергеевич Ощепков — человек столь удивительной судьбы, что о нем нужно писать романы и снимать фильмы. Впечатляет уже старт этой яркой жизни. Ощепков родился в декабре 1892 года (по новому стилю — в январе 1893-го) на Сахалине у каторжанки и столяра. Об этом передает ДВ-РОСС.

В 1902-м умирает отец, в 1904-м — мать. Мальчик остается сиротой.

По итогам русско-японской Россия уступает Японии Южный Сахалин. Вскоре Ощепков попадает в Токийскую православную семинарию знаменитого миссионера и востоковеда архиепископа Николая Японского (в миру — Иван Касаткин, в 1970-м причислен к лику святых). Здесь Ощепков учит японский и занимается дзюдо, которое в семинарии преподавали наряду с основными дисциплинами. Делает успехи.

В 1911-м русского мальчика замечает и берет к себе в школу Кодокан сам основатель дзюдо — Дзигоро Кано (впоследствии Ощепков первым из русских и третьим из европейцев получит второй дан по дзюдо). Хотя, как указывал кандидат исторических наук Роман Гвоздев, тогда в школу Кодокан, позже ставшую мировым центром изучения дзюдо, иностранцев принимали неохотно.

Многое взяв от средневекового «дзюдзюцу» (в русском языке прописалось как «джиу-джитсу»), дзюдо было уже изрядно вестернизированным искусством. В конце XIX века сверхзакрытая Япония начала открываться миру — и открывать мир. «Взяв технику из джиу-джитсу, Дзигоро Кано перенял многие европейские методы общефизической подготовки. Дзюдо уже не было жестко привязано к религиозной основе. В качестве основы можно было взять хоть православие, что и сделал Николай Японский», — рассказывал в «Японском центре во Владивостоке» кандидат философских наук Андрей Поповкин.

В 1913-м семинария окончена. Ощепков возвращается в Россию — один из первых русских, сумевших по-настоящему приобщиться к Японии. В 1914-м он открывает первую в России секцию дзюдо, которая базируется в стенах городского общества «Спорт» — ныне спортклуб ТОФ на Корабельной набережной, 21, старинное здание серого кирпича. Действует этот кружок до 1920 года. В 1917-м здесь проходит первая уже международная встреча по дзюдо — с участием русских и японских борцов.

Отметим это особо: благодаря Ощепкову Владивосток стал родиной российского дзюдо, что особенно актуально в связи со спортивными пристрастиями действующего президента РФ. Кстати, артист и спортсмен Стивен Сигал (у него тоже владивостокские корни) рассказывал, что видел у Путина дома статую Дзигоро Кано в полный рост…

Но вернемся к Ощепкову. Не ограничиваясь популяризацией дзюдо, он использует это искусство для решения конкретных прикладных задач. Уже в Гражданскую обучает приемам красноармейцев и милиционеров.

Но это, так сказать, на досуге. В основное время Ощепков работает на разведку (разведчиком стал еще до революции), став советским Джеймсом Бондом. Выполняет под легендой кинопрокатчика задания за рубежом — шлет в Россию за подписями «Японец» и «Монах» сводки о состоянии японских воинских частей на Сахалине (японцы ведь ушли с Северного Сахалина только в 1925-м).

Возвращается в Россию. Ведет во Владивостоке курсы инструкторов дзюдо (один из курсантов, Владимир Кузовлев, станет потом видной фигурой в ленинградском дзюдо и самбо). Перебирается в Новосибирск, потом — в Москву. Преподает «дзюу-до» (так тогда писали) военнослужащим. Участвует в разработке комплекса ГТО. Постоянно совершенствует приемы борьбы…

Так на рубеже 20-х и 30-х рождалось самбо, звучащее очень по-восточному, а расшифровывающееся по-русски — «самозащита без оружия». Согласно «Воспоминаниям о возникновении и развитии самбо в Ленинграде» Андрея Ларионова, годом рождения самбо можно считать 1932-й — тогда утвердили комплекс ГТО второй ступени, куда вошла и «новая поясная борьба». Сперва ее называли «дзюу-до», в 1938-м переименовали в «борьбу вольного стиля», с 1946—1947 гг. утвердилось «самбо».

«Комплекс приемов самозащиты дзюу-до был разработан преподавателем ГЦИФК (Государственный центральный институт физкультуры) Василием Сергеевичем Ощепковым, — пишет Ларионов. — Ощепков включил в норму по самозащите (дзюу-до) вольные схватки длительностью пять минут. Применительно к ним <…> разработал правила спортивных соревнований по борьбе вольного стиля (дзюу-до), которые принципиально отличались от правил национальной японской борьбы и стали основой правил современной борьбы Самбо». Уже в 1933-м дзюу-до включили в программу Ленинградского института физкультуры имени Лесгафта, и первым преподавателем здесь стал тот самый Кузовлев (а другой выпускник владивостокских курсов, Дмитрий Косицын, в войну командовал «Черной смертью», как прозвали отряд физкультурников института Лесгафта, и погиб в 1942-м).

Началось, как говорится, триумфальное шествие. Советские самбисты «выносили» дзюдоистов столь успешно, что в 60-е в Японии создается своя федерация самбо и переводятся на японский наши методички. Да и сегодня — чего стоит тот же самбист Федор Емельяненко, знаменитый чемпион по смешанным боевым искусствам.

Так вышло, что в качестве отца самбо куда больше известен Анатолий Харлампиев, ученик Ощепкова. Может быть, потому, что следующий поворот в судьбе Ощепкова оказался трагическим. Обвиненный в шпионаже в пользу Японии, 44-летний Ощепков был арестован в октябре 1937 года и вскоре умер в Бутырской тюрьме. По официальным данным, от сердечного приступа (сердце в конце жизни у него действительно было больное).

При тогдашней шпиономании (небеспочвенной, конечно, — в 30-е, накануне Хасана и Халхин-Гола, ожидалась война с Японией) это было неудивительно. В японские шпионы попал, например, писатель Борис Пильняк, поплатившись за «Корни японского солнца», да и Арсеньев, судя по судьбе его семьи, умер вовремя. Сажали «кавэжединцев», а ведь Ощепков поработал и в Харбине. Или повлияло то, что, по ряду источников, в Гражданскую Ощепков служил во Владивостоке у японцев переводчиком (или же был туда «внедрен»)?

Так или иначе, в 1957-м Ощепкова реабилитировали.

О Харлампиеве Юрий Борецкий снимет в 1983-м боевик «Непобедимый» с Андреем Ростоцким. Об Ощепкове фильма нет — хотя был ведь у самбо и этот родитель. Наш — сахалинский, японский, владивостокский.

Есть еще «спиридоновская» версия. Виктор Спиридонов (тоже некоторым образом дальневосточник — участник русско-японской) независимо от Ощепкова развивал систему «сам» («самоз»), которая в итоге вместе с системой Ощепкова и образовала современное самбо, причем открытое соперничество Спиридонова и Ощепкова началось еще при жизни обоих. Не будем выяснять, чей вклад весомее. Отметим лишь: основателями новой борьбы, бесспорно, должны считаться и Ощепков, и Харлампиев, и Спиридонов.

Но нас — здесь и сейчас — интересует в первую очередь именно Ощепков.

То самое здание на Корабельной набережной уцелело и даже используется по назначению. Несколько лет назад с подачи спортсменов-энтузиастов на его стене была открыта мемориальная доска Василия Ощепкова.

Некоторое время назад — будто к 100-летию первой в стране секции дзюдо — эта табличка куда-то исчезла.

…На днях во Владивосток прибыл главный дзюдоист всея страны — Владимир Путин. Интересно, что случится, если он сегодня, к примеру, пожелает возложить цветы к мемориальной доске Ощепкова, а тут выяснится, что ее нет. В дни саммита АТЭС-2012 в спорткомплексе «Олимпиец» был открыт бюст Ощепкова; надеемся, что хотя бы он на месте.

Не хочется разбираться, кто тут виноват — Тихоокеанский ли флот, краевой ли спорткомитет, городские ли власти. Можно вспомнить позорнейшую историю с погасшим из-за разборок между ТОФ и мэрией Владивостока Вечным огнем, когда после вмешательства целого вице-премьера Шувалова был уволен «стрелочник» из «Приморского газа» — не представитель мэрии или штаба флота. Меньше всего хотелось бы повторения подобных историй, завершающихся «наказанием невиновных и награждением непричастных». Это все нам не очень важно — важна память об Ощепкове.

Очень хочется верить в то, что табличка исчезла со стены, например, на реставрацию и вот-вот будет возвращена на свое место в еще лучшем виде (а не была украдена или, скажем, не развалилась от времени, климата и невнимания).

Иначе получится совсем некрасиво: и президент у нас — самбист и дзюдоист, и нормы ГТО в стране возрождают, и набережная Цесаревича — один из новых символов Владивостока — рядом… А тут, в колыбели отечественного дзюдо и самбо, в память о Василии Ощепкове осталось лишь темное прямоугольное пятно — след на стене от пропавшей мемориальной доски.

Василий Авченко, «Новая газета».

Все новости раздела | Уникальных читателей: 1167