Мы есть то, что мы едим. Американский журналист Ли Томпсон встретилась с сахалинскими студентами

С едой известно доподлинно — то, что мы употребляем в пищу, встраивается в наше тело, становится частью новых клеток, из которых состоит весь организм. То же и с нашим умом.

Но чем мы кормим свою голову? Можно ответить — тем, что дают. И это логичный ответ, если учитывать, что система образования с самых малых лет совсем не поощряет у детей критического мышления, здорового скептицизма, и дивергентного мышления — последнее означает, что при поиске решения задачи юный, да и вообще любой, ум не бросается за «единственно верным решением».

Быть разборчивым в еде не только относительно просто, но и модно. А вот здоровое питание мозга — вопрос значительно более сложный. Как стать привередливым ко входящей в голову информации? Для этого нужно узнать, какой она должна быть, чтобы не навредить СМИшными «нитратами, пестицидами, и ГМО» — речь о подтасованных фактах, ложной корелляции, пропаганде, выдирании из контекста, и многих других излюбленных приемах некоторых современных отечественных журналистов.

Так вот, чтобы научиться отсеивать «шелуху» от СМИ, любому читателю, зрителю и потребителю информации нужно знать, как должны делаться хорошие материалы, чтобы отличать их от плохих.

О том, как сделать хороший материал, и рассказывала Ли Томпсон — член ассоциации журналистов-расследователей, телекорреспондент с 34х-летним опытом, мастер журналистских расследований — нередко после выхода ее материалов в свет, начинались экспертные проверки, например, на предприятиях, производящих детское питание, или осуществляющих транспортировку скоропортящихся продуктов — примеров конкретных расследований Ли приводила немало. И, пускай со скрываемой, но все же гордостью, отмечала — после сюжетов, откатанных в эфире, Конгресс США порой принимал новые законодательные акты и нормы, в итоге — меняющие страну к лучшему, защищающие её жителей от некачественных товаров и продуктов, или услуг.

(фото с официального сайта СахГУ)

Примечательно, что по задумке организаторов — а это СахГУ совместно с консультсвом США во Владивостоке — Ли Томпсон должна была читать отдельные лекции для студентов, и для сахалинских журналистов-практиков. Но среди последних нашлось мало желающих посетить занятие. Поэтому, единицы растворились в студенческой аудитории.

Итак, краткая выжимка — каким должен быть хороший журналистский материал? Многие назовут это идеализмом, но такой материал, прежде всего, не должен быть ангажированным. Один из главных принципов — «Comfort the afflicted, afflict the comfortable» — почти непереводимая игра слов, которая значит, что пострадавших следует утешить, а ответственных — заставить в дискомфорте ерзать на стуле.

Этот принцип Робина Гуда следует обильно подкрепить доказательной базой. Каждый отдельный случай — например, прорыв плотины, следует рассматривать в общей статистике. В хорошем материале журналист должен работать с документами, ссылаться на них, и приводить доказательства своим словам. Ни один журналист никогда не скажет ни слова правдивее, чем задокументированные факты — цифры отчетов, финансовые документы, и тому подобное. Часто ли вы видите такие доказательства в публикации СМИ?

От автора: Кстати, наверняка все помнят активно обсуждаемую в предвыборный период «Стратегию развития Южно-Сахалинска до 2020 года», о которой много рассказывал кандидат в мэры Сергей Надсадин? А где же она теперь, кто видел ее в виде настоящего документа, а не агитационной брошюры? Хотя и обещали выложить его в открытый доступ. Но, похоже, мало кто об этом вспомнит — не на это ли расчет?

Зачастую, отечественные журналисты не пользуются и таким инструментом расследования, как, например, официальные запросы — даже если в ответе чиновники лишь «льют воду», это само по себе — уже факт. А нелюбимой эту форму общения для корреспондентов делают сроки — ответ идет порядка 10 дней, для новостей — это неприемлемо. Именно поэтому так важно создавать (со стороны журналистов), и читать/смотреть (со стороны потребителей инфоматериалов) именно аналитические материалы — время всегда работает на полноту информации. Кстати, пока идет ответ на запрос, можно успеть и обличающих документов подсобрать.

Ли Томпсон несколько раз возвращалась к идее, что даже в России есть огромное количество источников открытой информации: сайт госзакупок, единый государственный реестр юридических лиц, сайты судов, где должны выкладываться протоколы открытых заседаний, и судебные решения. Даже если журналист не сможет найти в этих источниках нужной информации — там всегда найдется хоть какой-нибудь, но адрес и контактный телефон.

Здесь речь зашла о еще одном важном принципе хорошего материала — встать, и своими ногами дойти куда-то, пообщаться с участниками истории лично. Даже если речь идет о высокопоставленном чиновнике-предполагаемом коррупционере, он все равно ходит по земле. И всегда можно найти его, и задать вопрос лично — рассказывала Ли Томпсон, когда речь зашла об особом жанре, интервью-конфронтации. Такие элементы своих видеосюжетов она обычно снимает на скрытую камеру. Здесь может быть важной не только информация, но и эмоции, и поведение. «На воре и шапка горит».

Еще одна категория людей, до которых журналисту всегда стоит дойти своими ногами, и которым как американская, так и отечественная журналистика всегда отводит много внимания — это «герои». Настоящие пострадавшие, безусловные жертвы. Конечно, чем их больше, тем более обоснован материал, если речь идет о событиях, которые никак не могли затронуть лишь одного человека.

Кстати, один из главных принципов создания инфоматериала — и здесь Ли Томпсон не первооткрыватель, на лекциях в ВУЗе об этом слышал каждый журналист — проблемную ситуацию нужно раскрывать со всех сторон, давать каждому слово. Но одного слова недостаточно. Никогда нельзя путать «очевидцев» и «экспертов» — всегда следите, не возлагает ли журналист свои доказательства именно на простого «очевидца», — человека, который может дать только эмоциональную, но никак не экспертную оценку произошедшего. И чтобы не попасться на подтасовку и изменение контекста, нужно всегда чувствовать эту, порой, тонкую грань.

В перерыве, отвечая на вопрос «А видит ли Ли Томпсон потенциал у Российской аналитической журналистики», она ответила:

«Чтобы получить ту систему, ту журналистику, которая работает в Штатах сейчас, потребовалось триста лет. У нас есть конкурентная среда, СМИ не финансируются государством, поэтому „акул пера“ кормят их ноги — они точно знают, что чем лучше, профессиональнее и острее (но без нездоровых сенсаций, это важно), они сделают материал — тем вероятнее его купят. В конечном итоге, немалое упирается в деньги. У всех ведь есть свои семьи, дети. В России перед журналистами денежный вопрос стоит другой стороной. Есть государственные СМИ, их финансируют. Конкуренция между ними, и между журналистами, работающими в них, менее остра. Но потенциал в студентах, в том, какие вопросы они задают, в их цепком внимании, я вижу. Ребята могут быть хорошими журналистами-аналитиками», — рассказала Ли о своих впечатлениях от общения с Сахалинской аудиторией.

Кстати, вот и еще один важный момент, определяющий объективность материала. Разве в государственных СМИ, и материалах, созданных по заказу, кто-то укусит кормящую руку? Такой подход видно сразу. Если речь идет о проблемных материалах — как правило, в них нет той самой полноты подхода — освещения точек зрения обеих сторон «конфликта». Документы и эксперты, если они есть, как правило, выступают с «одной стороны баррикад». И четко прослеживается точка зрения — как правило, итоговый абзац и финал всегда выставляют заказчика в выгодном свете.

Возможно, вспоминая об этих простых и местами наивных истинах, кому-то будет проще начать фильтровать информацию. И придираться к журналистам — зрители, слушатели и читатели вправе требовать от нас качества материалов. А главное его мерило — беспристрастный подход, который не терпит эмоциональных заявлений, оценок и огульных обвинений.

Все новости раздела | Уникальных читателей: 1245

Автор: Пётр Павлов

"ИА citysakh.ru"