Голод и тетки.
Случилось мне как-то читать лекции для студентов-заочников. По клинической психологии. Пять пар подряд. И вот последняя тема: булимия и анорексия. Тема казалась мне досконально пережеванной, и я надеялась: сейчас они скажут, что все знают и без меня, и я с чистой совестью отпущу себя домой.

Сейчас мы поговорим о нервной анорексии и нервной булимии. Знакомы вам такие слова? — Знакомы! — радостно ответили студенты. — Анорексия — это когда худеют, а булимия когда обжираются, обжираются и такими толстыми становятся… — Ох! А почему ее называют нервной? — обреченно интересуюсь я, понимая, что пораньше домой мне не попасть. — А они, ну, худеют, которые, нервничают при этом очень… — Ах! — говорю я, и мы начинаем разбираться. Нервная анорексия (anorexia nervosa) была признана заболеванием более ста лет назад, но заговорили о ней громко только в начале 1980-х, когда умерла Карен Карпентер, вокалистка и ударница группы «Карпентерс».

Поклонники были в шоке. Оказывается, если человек долго не ест, то умирает. — Прямо так вот умирает? — с ужасом спрашивает кто-то с задней парты. Прямо так и умирает. Среди психических заболеваний анорексия стоит на первом месте по количеству смертельных исходов. Девушки умирают и собственно от истощения, и от заболеваний, вызванных истощением и дисбактериозами. Вообще, анорексия бывает двух типов. Первый — ограничительный, когда девушка ограничивает себя в еде (хотя постоянно о ней думает), считает калории, граммы съеденного и собственного веса. Урезает рацион до минимума. Как раз, чтобы не умереть с голоду. Но как заметил М. А.Булгаков, рацион при таком подходе рассчитать сложно. Речь идет не об обыкновенных диетах, а о восприятии любой еды как угрозы необыкновенного пополнения. — А как отличить, где нормальная диета, а где уже ненормальная? — взволнованно колыхнула грудью обитательница передней парты. — Очень просто.

Один из клинических симптомов анорексии — потеря веса до 15% от нормальной массы тела (если дама, весившая 100 кило, слегка похудела и стала весить 85 — это еще не анорексия, а вот если при росте 170 она будет весить 45 — это уже явная ненормальность), при этом страдают внутренние органы, прекращаются месячные. Одна барышня на полном серьезе уверяла меня, что два мандарина стали причиной «пополнения» на пять кило. Основной признак «нормальной» диеты — адекватность восприятия её эффектов и нормальная работа организма. Второй тип анорексии — очистительный, когда такой сверхконтроль нарушается и регулярно случаются приступы «переедания».Переедание может заключаться в тех же двух мандаринах. Которые беспощадно изгоняются из организма рвотным или слабительным.

Булимия как отдельное заболевания была описана относительно недавно. В ее основе (так же, как и в основе анорексии) лежит искаженное представление о собственном теле и крайняя зависимость самооценки от этого образа. Булимия может быть первой стадией анорексии, а может быть самостоятельным заболеванием. При булимии человек испытывает невероятное чувство вины и стыда, и за саму свою болезнь и за «избыточный вес». Заговорили о булимии как о чем-то заслуживающем внимания, когда об этой своей проблеме призналась принцесса Диана.

Булимия похожа на анорексию второго типа, неконтролируемые пароксизмы обжорства как раз являются ее основной отличительной чертой. Только дело не ограничивается двумя мандаринами. Девушка, страдающая булимией, может съесть за раз действительно очень много (пару килограмм чего-нибудь мучного или сладкого). — Вот, обжираются и толстеют! — радуется аудитория. Не толстеют. Потому что еда изгоняется из организма, или человек изнуряет себя в спортзалах. Изнуряет — это не пара подтягиваний на турнике, а доведение себя до полного истощения, до обмороков. Так что при булимии, обыкновенно, тоже худеют, но не так сильно. Люди с расстройствами питания живут по принципу «все или ничего». Все видится или хорошим или плохим, или красивым или уродливым. Поэтому девушки, страдающие анорексией или булимией (с критичным недостатком веса), глядя на себя в зеркало, видят толстых, отвратительных свинюг. Их самооценка зависит только от того, насколько они «легки» или «тяжелы». «Вроде, стройная, но безобразный целлюлит на животе», — оценила страдающая анорексией пациентка фотографию товарища по несчастью. За целлюлит она приняла провисшую кожу.

СМИ агрессивно навязывают средства для похудания, вперемешку с рекламой весьма калорийной еды, и продюсируют истории успеха по типу: «Я похудела, и ко мне вернулся муж!» или: «Я похудела, и меня нашел прекрасный принц!» — что ещё хуже, ведь анорексией (в отличие от булимии) болеют в первую очередь молодые: от начала менструального цикла и до двадцати с хвостом. Мода на внешность меняется, модели худеют и молодеют, и в последние время все больше и больше девушек заболевают «погоней за собственным телом». — Как же! — возмущено возражает девушка с первого ряда, — Модели «Плейбоя» — они та-акие толстые! — Вот уж нет! — хором отвечает ей мужская половина аудитории, и я счастливо избавляюсь от обсуждения скользкого вопроса. Впрочем, СМИ воздействуют на всех, а заболевают лишь некоторые.

В первую очередь, это связывают со стилем общения в семье. В таких семьях взаимоотношения строятся в довольно сложной манере: с одной стороны родители очень активно показывают свою любовь и заботу, а с другой — стараются ограничивать девочку буквально во всем. Единственное, что она может контролировать сама, — тело. При слове «ограничивать», представляется страшная мачеха с пучком розг или свирепый папа с ключом от чулана. Тут речь совсем о другом. Дело может быть не в запретах и критике, а в ласковых, но навязчивых советах. Бывает и по-другому: мать реализует в дочери свои амбиции — делает из нее то, чего не достигла сама. Как это было с Карен Карпентер и принцессой Дианой. Ну и профессиональный риск — анорексия и булимия очень распространены среди балерин и моделей. — А почему Вы все время говорите «девушка», это у Вас шовинизм такой? — спрашивает серьезный молодой человек. (Ох, говорила мне мама — лучше б работала с компьютерами). Анорексия и булимия встречаются и у мужчин, но только тогда, когда сочетаются с нарушением полоролевой идентичности (гомо-, би- и асексуалы). Юноши обычно не стремятся к субтильности (современное имиджмейкерство этого от них не требует).

Пищевые расстройства сложно обнаружить: булимию и анорексию обычно тщательно скрывают. Даже если девушка понимает, что нуждается в помощи, она боится, что ей не поверят, не помогут, сочтут сумасшедшей. Кто-то вообще не считает анорексию проблемой, наоборот, поддерживает такой образ жизни с упорством, достойным лучшего применения. Появилось даже движение pro-ana — за анорексию. С одной стороны, его все время пытаются запретить (как пропаганду опасного стиля жизни), с другой — оно может играть роль группы поддержки (хотя, конечно, таковой не является). Лечение пищевых расстройств — дело сложное. В случае с анорексией сначала надо нормализовать массу тела и снять угрозу для жизни. Анорексию лечат (по крайней мере, в нашей стране) в основном сильными психотропными препаратами.

А вот при булимии очень эффективна психологическая помощь, групповая терапия, обучение правильному пищевому поведению (например, умению наслаждаться едой, есть медленно). Очень помогают группы поддержки, вместе легче справиться с проблемой девушкам, оказавшимся в клещах: им всю жизнь внушалось, что они должны похудеть, а теперь, когда они похудели, их клеймят сумасшедшими. При булимии тоже иногда назначают антидепрессанты. Наконец я распускаю слегка придавленных последней темой студентов и пытаюсь поскорее сбежать сама, пока не выяснилось, что я кому-то здесь еще нужна. Уже на выходе меня ловит студентка, та, которая задавала вопрос про «Плейбой»: — Я вот не поняла, когда вы говорили про лечение: если наслаждаться едой, то ведь снова растолстеешь и все заново? Всматриваюсь в обтянутые кожей скулы, явно проступающие под свитером ключицы.

Мама была права — надо было становиться программистом.

Автор: Ждинна Литинская


Источник: Будь здорова

Все новости раздела | Уникальных читателей: 2008