Сахалинцы рассказали Citysakh.ru о негативном опыте общения с полицией

Реформа правоохранительных органов в России успешно завершилась в прошлом году. Сказать, что изменилось многое — ничего не сказать. С отжившим «ми» в слове «милиция» боролись непримиримо. Не жалея сил, не экономя на ресурсах. Тысячи участков, отделений и горотделов по всей необъятной стране сменили вывески. Бассейны краски ушли на то, чтобы перекрасить служебные автомобили. А сколько рабочих мест этой реформой страна дала пошивочному цеху! Нашивки «Полиция» из воздуха не возьмутся. В многомиллионном бумажном водовороте под нескончаемый гул шредера (бланки старого образца пришлось «пустить в расход») милиция, наконец, по документам превратилась в полицию. «Ми» ушло в прошлое, забрав с собой непрофессионализм нерадивого милиционера. Под натиском уверенного, квалифицироанного «По».

Пришлось даже переписать календарь праздников. День милиции (10 ноября) сменился Днем сотрудника органов внутренних дел России. В этот день Citysakh.ru опубликовал интервью с одним из оперативных сотрудников УМВД по Южно-Сахалинску. О работе в полиции и реформе глазами оперативника можно почитать здесь.

К сожалению, несмотря на реформу, среди работников внутренних органов продолжают попадаться некомпетентные сотрудники. Редакция Citysakh.ru пообщалась с людьми, имевшими негативный опыт общения с полицией. Как выяснилось, нерадивые блюстители порядка продолжают встречаться на Сахалине и сегодня. Истории респондентов публикуются под измененными именами. Некоторые фразы (в основном красноречивые эпитеты в адрес сотрудников правоохранительных органов) заменены на синонимы.

Сергей о компетентности сотрудников правоохранительных органов.

Короче, возвращался я с другом с ЛФ Клаба. Купили пива. Возле вокзала подходят двое. Если бы не форма, подумал бы что гопники. Оказалось полицейские. Оба шпанюки, не думаю, чтоб прям сильно за 20 лет каждому. И оба в дугу. По правде говоря, мы тоже были нетрезвыми, но от них прямо разило. Уж лучше бы гопники подошли. Спрашивают «Почему пиво распиваете в неположенном месте?». Мы попытались отговориться. Время 4 ночи, стоим на вокзале и спорим. Короче, отвели они нас на вокзал в какой-то закуток (речь идет о комнате полиции на ЖД вокзале станции Южно-Сахалинск Сахалинского линейного отдела МВД России на транспорте — примечание редакции).

Допрашивали нас там по одному. Чего добивались вообще непонятно. Наверное, упоролись до такого, что не понимали, что происходит или в героев поиграть захотелось. Причем, они нас так грубо обыскивали, что у меня потом синяки остались, а другу и вовсе разбили айфон. Короче, отпустили они нас только под утро. На этом бы история и закончилась, только у друга оказались подвязки в ФСБ. Он своего человека вызвонил, и они к этим полицейским поехали. Дальше, к сожалению, рассказать не могу, но если намеком, то добро победило зло.

Анна о сотрудниках правопорядка в Долинске.

Я сталкивалась с беспределом полиции и не раз. У нас как-то с машины сняли дворники и габариты. А живем прямо напротив отделения. У нас стоит видеонаблюдение за машиной, всё было снято, зафиксирован момент кражи. Предоставили все материалы в полицию, а они замяли это дело. Так как с воришками у них всё связано.

Еще история. В прошлом году отец с братом шли домой со стоянки. На отца набросились двое неизвестных. Ну, брату же не стоять, они их с папой скрутили и отвели в полицию, а там никаких мер не приняли. Да еще так разговаривали, будто это мы на этих придурков напали.

В общем, в моей жизни много случаев.

Олег о вседозволенности.

Был случай, как мне и друзьям сотрудник ФСИН (зэков возит) дал «зуботычину» (здесь и далее оригинальная фраза заменена на синонимичную — примечание редакции). В общем, зимой получилось так, что я якобы его подрезал на перекрестке. Я паркуюсь в своем дворе, он сзади паркуется, идёт ко мне и вот так просто дает мне «оплеуху». Так он при этом 2 метра ростом, здоровый, в 3 раза крупнее меня. И вот он со словами «Как ты водишь?» дал мне «зуботычину». Подошли мои друзья, хотели поговорить. И тут он начал их «разбирать», нос разбил, многочисленные побои, а потом сел в тачку и уехал.

Мы позвонили гаям (ДПС), дали номер. Его поймали, он оказался пьяным за рулем. Написали заявление, но в нашей «справедливой» стране, конечно же, ему ничего не было. До сих пор ездит на своей машине и так и продолжает нести веселую службу в своих органах.

Ольга о человеческом общении с сотрудниками полиции.

У подруги парня на 15 суток посадили. Она, как жена декабриста, пошла в отделение, чтобы ему поесть что-нибудь отнести. Вернулась вся в слезах. В отделении ей сказали, что парня ее там вообще нет и не было. И чтобы она шла подальше и больше вообще не приходила. Я понимаю, 15 суток, нарушение. Но зачем было хамить и так агрессивно обращаться с девушкой? Ощущение такое, что по-другому они просто не умеют.

Юрий о методах работы и чувстве юмора полиции.

Это было с год назад, я тогда работал водителем на местном канале новостей. Мы приехали в УВД по какому-то обычному поводу. Журналист работал, оператор снимал, все как обычно. В конце нужно было взять синхрон (фрагменты интервью специалиста) у одного опера. Снимали на улице. И тут мы слышим откуда-то из здания треск — как треск электрошокера, а затем крик. Потом опять треск шокера (детство у меня было лихое, я этот звук ни с чем не перепутаю), а потом крик «Отпустите!» и мат. Ясное дело, мы офигели. Я, оператор и журналист смотрим на опера. «Да не волнуйтесь, это парни шутят так».

Я надеюсь, это действительно была шутка.

Антон о компетентности сотрудников органов внутренних дел .

Август 2010 года, теплый вечер. Компания из 4 человек. Мой друг, две его знакомые из Питера и я. Мы играли в крокодила на площади Славы — за главным памятником, чуть справа. С собой у нас было: орехи, шоколад, сок, несколько упаковок ряженки и сок-пюре «Фрутоняня». В общем, мой друг показывал загаданное слово, мы смеемся.

Тут внезапно нарисовались два сотрудника тогда еще милиции и сказали, чтобы мы проследовали в отделение милиции за нарушение общественного порядка. Я спросил, а какой общественный порядок мы нарушили? Сотрудник мне ответил, что мы громко материмся в общественном месте, еще и ночью, сказал, что мы мешаем прохожим. Стоит заметить, что кроме нашей компании из 4 человек на площади больше никого не было, время два часа ночи. Вся компания — непьющие люди. Я им сказал, что мы играем в игру, и объяснил правила крокодила. Они упирали на то, что мы нецензурно ругались. Их невнятное вранье и бессвязные комментарии стали мне надоедать.

На просьбу предоставить доказательства они ответили «видеокамеры» и предложили пойти к ним на пост для составления протокола. Спорить было бессмысленно. Друг сразу согласился пойти, я же отказывался, мотивируя это тем, что они занимаются самодурством и нарушают закон. К тому же никаких доказательств, как и брани, не было. Самодура в погонах не переубедить. В итоге пришлось пройти. На посту нас попросили предъявить документы, спросили, что в рюкзаке. Я достал литр персикового сока и томик Маяковского. Они засмеялись «Ты что, мол, поэт?». Очевидно, в мироощущении милиционера это смешно…

Начальник поста милиции с грустным лицом сообщил нам, что, играя на полянке в крокодила, мы оскверняем память предков, потому что там похоронены наши русские солдаты, павшие в боях с Японией…

Добавив, что нам нужно учить историю… Так и сказал. Играя в крокодила, вы оскверняете память предков. Я даже не знаю, как это прокомментировать.

Потом за нами приехал «бобик» и увез в горотдел. В конечном итоге я созвонился со знакомым из горотдела, он вывел нас на улицу, сказал, что постовые — недалекого ума люди и пожелал нам доброй ночи. Такая история. Сплошной абсурд.

Егор о профессионализме и вере в полицию.

История трешовая, сразу скажу, это было не в Южном, но на Сахалине. Этим летом. Короче, дело было ночью. Я возвращался от товарища домой через полгорода. Ночью у нас черным-черно. Фонари есть, но они, само собой, не горят. Шел медленно, дорогу освещал фонариком. Смотрю — то ли мешок какой-то валяется возле тротуара, то ли БОМЖ. Подошел ближе, посветил. Да это ж «сотрудник полиции». Я сразу не разобрал, потому что темень стояла. А он спит. Прямо на обочине. До тротуара, может, полметра не дополз бедняга. Фуражка рядом. При других обстоятельствах я прошел бы мимо. Ну, спит и спит. Ранений нет, значит, пьяный. Тем более, участок рядом находится. Очевидно «квасили», а как домой пошел, не рассчитал силы. Забегая вперед, скажу, что в точности так оно и оказалось. Опять же повторюсь, какое мне дело.

Но казус в том, что на поясе у него висела кобура, а в кобуре — табельный пистолет. Заряженный боевыми патронами. 2 часа ночи, обочина, пьяный полицейский валяется в кювете, а на поясе пистолет — бери не хочу. Мало ли, кто на него наткнется? Короче, я взял пистолет. Работник правоохранительных органов даже не шелохнулся.

Хотя участок рядом, идти туда я побоялся. Там наверняка оказались бы и другие пьяные полицейские. Последствия могли быть самыми непредсказуемыми. Я пришел домой, позвонил в отделение, объяснил все как есть. Мол, так и так. Пьяный, лежит, пистолет торчит, гражданский долг, уберег табельное оружие. Пистолет забрали через десять минут, безответственного сотрудника обещали наказать. Такая история.

***

Это были истории сахалинцев.

И напоследок бонус. Ссылка на пост в Живом Журнале, в котором собрана колоссальная подборка заголовков в СМИ о нарушениях закона милиционерами до реформы.

Интервью с хорошим сахалинским полицейским вы можете прочитать здесь.

Вы также можете следить за новостями и уникальными материалами портала в официальной группе Citysakh.ru во «ВКонтакте».

Все новости раздела | Уникальных читателей: 2737

Автор: Евгений Коль

"ИА citysakh.ru"