В России наступило двоевластие?
С вводом войск в Грузию Россия вновь заявила о себя как о великой державе. В лице Путина и Медведева неоимпериализм губительно возглавляют два регента. Записки из резиденции премьера в Сочи. Учитель и его лучший ученик, Путин и Медведев: двуликая икона, которую в эти дни привозят из России. Нет ни одной газеты, ни одного рекламного проспекта, ни одного служебного кабинета, где нельзя было бы увидеть их фотографии рядом друг с другом.

Осторожность прежде всего, к чему рисковать, и кто знает, что будет в будущем?
Опыт России, полученный из двоевластия, всегда был мучительным и страшным. Будет ли теперь по-другому?
Путин выступает за стабильность 'сверху', Медведев — за необходимые реформы 'сверху'?

От этого многое зависит и не только для россиян, но также и для их соседей.
В настоящее время отчетливо видно, что внешнеполитический кризис не только вышел из-под контроля, но и стал причиной обвала на биржах, 'изрешетил' оптимизм и породил ощущение дежавю. Это было несколько дней назад в Сочи, в резиденции премьер-министра. Туда на элегантный обед из блюд наполовину русской, наполовину итальянской кухни Путин пригласил небольшую группу западных экспертов — членов так называемого Валдайского клуба. Должен был быть свободный разговора, как это было все четыре года, и Путин предложил задавать вопросы и давать комментарии, критику он также хотел услышать. Критику он воспринимает по-спортивному, играет с ней, отвечает на вопросы подробно дозировано и саркастически коротко, он опытен в искусстве политика — умеет уклоняться от досадных вопросов.

Правда, иногда он на них отвечает прямо. Если такое вообще возможно, то его манера речи по сравнению с прошлыми годами стала еще быстрее, резче и острее. Он говорит, и его захватывают, сказанные им предложения. На тарелки с едой он не обращает внимания, разве что позволяет себе выпить стакан воды.

Главная тема беседы — война на Кавказе. Путин придает особое значение последовательности произошедших событий. Саакашвили — 'преступник, безумец' был агрессором, Россия должна была действовать, чтобы защитить своих миротворцев, имеющих мандат ООН, а также осетин, у которых есть российских паспорта. Но почему же тогда российские войска продвинулись в 'ядровую часть' Грузии? Путин начинает из далека со Второй мировой войны: с войной было покончено только тогда, когда русский, британцы, французы и американцы пришли в Берлин. Путин позволяет увидеть, как это уже сделали важнейшие советники Кремля, что кризис на Кавказе является частью очень многих крупных конфликтов с Западом. Заявления НАТО во время саммита в Бухаресте в апреле о будущем расширении — одни члены альянса выступили 'за', другие 'против' - у русских, словно кость в горле.

План действий по подготовке к членству в НАТО Грузии или Украины или двух государств вместе представляет для России угрозу и может — дословно — закончится войной. У слушателей сложилось впечатление, что Путин знает, что он говорит. Его гнев на США не был наигран. Это означает: 'довольно значит довольно' и 'мы не можем действовать по-другому'. Экономический кризис в Москве Российская биржа с мая по середину сентября потеряла половину своей стоимости. Миллиардные состояние исчезли, крупные строительные фирмы в Москве отзывают заказы и сторнируют гигантские объекты. Между банками — кризис доверия и ликвидности.

На некоторое время работа биржи была прекращена. Это реакция на похолодание внешнеполитического климата?
Путин, который сам своими же нападками на один из крупнейших металлургических концернов содействовал обвалу биржи, не видит никакой связи. Положение под контролем, сказал ли он об этом несколькими днями позже? В то время как Путин явно выделяется своим телосложением натренированного спортсмена (пластичный словно кошка), сознательно заученными и подчеркнуто сдержанными высказываниями в обиходе и на выступлениях, Медведев еще только начинает постигать гравитацию своей нынешней должности.

При этом он даже жестами напоминает Путина, но и показывает шарм, дает себя фотографировать, ставит автограф на роскошных карточках с именем гостя, использованных для рассадки за столом, и не позволяет сбить себя в толку службе безопасности. Собственно говоря, как днем раньше с плохо скрытым сарказмом заметил Путин, Медведев хотел сконцентрироваться на конструктивной стороне политики, на больших проектах в области здравоохранения, сельского хозяйства, строительства. В этих сферах Медведев в прошедшие годы завоевал популярность, но потом разразилась война, и он как главнокомандующий вооруженными силами должен был заняться совершенно другими задачами и столкнулся с другой ответственностью. Своими словами Медведев говорит то же самое. Он проводил отпуск со своей семьей на корабле на Волге. Новость о грузинском вторжении резко прервала его отпуск. Он также говорит: 'Мы не могли действовать по-другому'.

И он также видит слишком большую связь: противодействие дальнейшему продвижению американцев на южные окраины России и устрашению, вызванному дальнейшим расширением НАТО. Снова звучит слово 'война'. Потом Медведев перейдет, вдруг вновь расслабившись, к своим первоначальным задачам. Ослабленная 'правовым нигилизмом' Россия, коррупция для начала должны быть выключены из государственной, а потом и из частной жизни. Должно возникнуть правовое государство. Только после этого может развиться тот средней класс, в котором он видит экономическое будущее. В отличие от большого увлечения Путина стратегическими госкорпорациями, управляемыми из Кремля. Новая 'холодная война'?

Медведев, как и до него Путин, не хочет употреблять это определение: 'Россия — не Советский Союз'. Кто присушивается внимательнее, замечает в речи обоих некие психологические оттенки. К Америке — чувство, колеблющееся между любовью и ненавистью. Америка — желаемый партнер, но, пожалуйста, на равных условиях, на одном уровне, а не как надменный наставник. Америка — масштаб того величия, на которое претендует Россия, владеющая 10 тысячами ядерных боеголовок, нефтью, газом и трубопроводами. Время однополярного мира прошло. Медведев, который на двенадцать лет моложе Путина, видит в Евросоюзе интересную модель: не для России, не для Америки.

Однако это новое поле для игры. Война предала гласности вещи, которые обычно остаются скрытыми. Россия снова великая держава с глобальным радиусом действия, Америка видит себя в мировой миссии по продвижению демократии и нефти. Россия и Запад избрали курс конфликта — этого нельзя не заметить — в предгорьях Кавказа и на Днестре. С 1990 года не было кризиса подобного масштаба. И со времени борьбы за Берлин и кубинского кризиса солдаты США и России так близко в гневе не стояли друг напротив друга. Сейчас изолировать и наказывать Россию, демонтировать 'Большую восьмерку' означает сделать опасную конфронтацию еще опаснее.

ВТО и Организация экономического сотрудничества и развития — туда хотят попасть русские, и об этом нужно вести переговоры. Точно также и план Медведева по созданию общей системы безопасности 'от Ванкувера до Владивостока': русские, по-видимому, еще сами для себя не решили, какую цель они этим преследуют: включение России в западные структуры или разделение Запада. НАТО связало себя обещанием предоставить в начале декабря Украине и Грузии возможность подключиться к плану подготовки на вступление в альянс. Обещали ли это Путину или Медведеву или всем остальным русским: это может привести к 'холодной зиме'. Путин воспринимает критику по-спортивному, играет с ней, отвечает подробно или с сарказмом. Проф.

Михаэль Штюрмер — историк, бывший советник Гельмута Коля по внешнеполитическим вопросам, в настоящее время шеф-корреспондент немецкой ежедневной газеты Die Welt.
Все новости раздела | Уникальных читателей: 2018